Над могилевскими активистами и журналистами издеваются как над Навальным. Пытка бессоницей – это действительно серьезно?

Да. У человека может слететь кукуха.

После отбытия административного ареста на свободу вышли двое могилевских политиков – Владимир Шанцев из ОГП и Олег Аксёнов из БХД. Они пробыли 15 суток в ИВС УВД Могилевского облисполкома после того, как их признали виновными в участии в несанкционированном массовом мероприятии 12 мая под судом Могилевской области.

Тогда их, а также журналистов Александра Буракова и Владимира Лапцевича задержали, когда они пришли на начало процесса по уголовному делу против так называемой «группы Тихановского-Статкевича».

Стоит отметить, что в тот день никаких акций или митингов под судами не было. Со стороны ситуация может выглядеть так, что политиков и, в особенности, журналистов Буракова и Лапцевича решили крепко прессануть.

На свободу оба корреспондента должны выйти 1 июня – им суд Ленинского района присудил по 20 суток ареста. И это были явно очень тяжелые двадцать суток.

«НЕ СПАТЬ»

По выходу из ИВС Олег Аксёнов и Владимир Шанцев описывали условия содержания примерно одинаково – оба пожаловались на холод, отсутствие постельного белья и матрасов, лишение пишущих принадлежностей, перебои с передачами по инициативе сотрудников ИВС.

Отдельно двое мужчин остановились на сне.

«Как-то днём голова опустилась на стол — сразу грозный окрик, мол, не спать. Три раза после отбоя за ночь открывается кормушка – тогда нужно подойти у двери и назвать фамилию. Затем следуют 2 дурацких вопроса: все ли в порядке и есть ли жалобы. Короче, спать не давали», — рассказывал Шанцев.

Аксёнов, который вышел на свободу на сутки раньше Шанцева, также заявил, что ему не давали нормально спать ночью– сотрудники изолятора будили его каждые два часа. Причем сначала требовали подходить к «кормушке», затем «смилостивились» и позволили отвечать с нар.

Ещё раньше на пытку сном пожаловался Александр Бураков. Во время суда 15 мая он заявил, что ему не дают нормально спать и лишили постельных принадлежностей. Днём лежать нельзя, а ночью приходится засыпать на голых досках. Причем его при этом постоянно будили сотрудники ИВС.

Родственники Буракова отмечают, что во время суда у него был изможденный голос (процесс проходил через Скайп).

Если журналиста, сотрудничающего с Deutsche Welle, а также Владимира Лапцевича держали в таких условиях все 20 суток, то остается только догадываться, в каком состоянии они выйдут.

ТАК ИЗДЕВАЛИСЬ НАД НАВАЛЬНЫМ

В конце марта в российских медиа появились сообщения, что политика Алексея Навального в ИК-2 г. Владимира пытают бессоницей. Восемь раз за ночь к нему подходил сотрудник, включал систему «Дозор» и на камеру объявлял, что «снимает профучет осужденного Навального», тем самым будя его.

Адвокат Навального Ольга Михайлова рассказывала «Медузе», что его держат без сна две недели: днем проверяют каждые два часа, ночью — восемь раз.

Издевательство бессоницей, видимо, взяли на вооружение и в ИВС УВД Могилевского облисполкома. Впервые на неё пожаловались активисты, которых арестовали после 25 марта. Тогда несколько человек обратили внимания на резко ухудшившиеся условия содержания в изоляторе. Отдельно они упоминали как раз испытание бессоницей.

НЕУЖЕЛИ ВСЕ ТАК СЕРЬЕЗНО?

Денис Кривошеев, заместитель директора Amnesty International по Восточной Европе и Центральной Азии, в комментарии для «Медузы» о положении Навального рассказывал следующее:

«Лишение сна может быть приравнено к пыткам и иному жестокому, негуманному и унижающему человеческое достоинство обращению. По информации от Алексея Навального, переданной через адвокатов, начиная с 11 марта его систематически лишают сна — каждую ночь охранники будят его по восемь раз. В связи с чем едва ли остается сомнение, что речь идет о пытках или ином жестоком обращении».

Учитывая, что сотрудники могилевского ИВС регулярно прерывают сон политических арестантов, можно говорить как минимум о схожей ситуации.

Любопытно, что изолятор взял на вооружение вполне ЦРУ-шный метод. В «Пособии ЦРУ по проведению допросов» рекомендуется именно прерывать сон заключенных, а не лишать его вовсе, поскольку это ослабляет их волю к сопротивлению. Правда, в том случае речь шла о добывании военной информации на допросах. Зачем издеваться над теми, кто арестован по «административке» — вопрос открытый.

Алиса Колесова, судебный эксперт и клинический психолог из России, прямо называет пыткой то, что заключенным могут не давать спать:

«Я не понимаю, зачем надо будить людей, почему просто не посмотреть в окошко камеры или на монитор видеонаблюдения? Интересно, а знают ли разработчики и исполнители этих инструкций о том, что депривация сна причиняет существенный вред психическому и физическому здоровью и может привести к смерти человека?

Не давать людям спать — это пытка, нарушающая их базовую потребность во сне, которая наряду с пищей и водой должна быть удовлетворена для того, чтобы человек нормально функционировал. Психологические пытки удобны и действенны — следов не оставляют, а от психически истощенного человека можно добиться чего угодно. Спецслужбами разных стран были разработаны целые системы нетелесного воздействия. Среди них депривация сна, изоляция, унижения, пытки громким звуком, ожиданием смерти, захоронения заживо, сенсорная депривация, пытки страхом. Как понять, что происходящее — это действительно психологическая пытка? Страдание причиняется умышленно и длительно, с целью наказания, устрашения, подавления или получения информации, а прямое физическое насилие отсутствует. Стоит ли говорить, что лишение заключённых сна соответствует этим критериям и является категорически недопустимым? Выходит, что такая инструкция похожа на какой-то гайд по изживанию заключённых или жуткий эксперимент».

Какими выйдут из ИВС двое могилевских журналистов Могилева. Остается надеяться, что они крепче той доли, что им выпала в мае 2021 года.